UC Berkeley Comparative Literature Undergraduate Journal

A Premier Humanities Research Journal at the University of California, Berkeley

Barbarisms in Aksyonov

Иноязычные вкрапления в художественной прозе В. П. Аксенова

(Barbarisms in the fiction by Vasily Pavlovich Aksyonov).

Изучение иноязычных вкраплений в художественной прозе В. П. Аксенова представляется действительно актуальным, так как в настоящее время нет ни одного монографического описания творчества данного писателя.

Известный прозаик, автор двадцати трех романов, Василий Павлович Аксенов многие годы своей жизни провел за границей.

22 июля 1980 года выехал по приглашению в США, после чего был вместе с женой Майей Кармен лишен советского гражданства. До 2004 года жил в США, преподавая русскую литературу в университете Дж. Мейсона (Вашингтон).

В последнее время жил с семьей во Франции в Биаррице и в Москве.

Если учитывать долгие годы пребывания за границей и недавнюю смерть писателя, то становится понятно, почему творчество В. П. Аксенова еще мало изучено. Произведения Аксенова нам интересны с лингвистической точки зрения.

Выбор автора не случаен. Живя за границей, Аксенов стал писателем-билингвом. Например, роман «Желток яйца» (1989 год) был написан по-английски, а затем переведен самим же автором на русский язык. А анализ заимствований должен начинаться с исследования двуязычно говорящих людей. Таким образом, наш выбор обусловлен личностью автора, свободным владением Аксеновым иностранными языками, что не могло не отразиться и в его произведениях.

Важна наша работа и потому, что в современной лингвистике нет однозначного толкования термина «иноязычное вкрапление» (barbarism).

Одни ученые понимают под иноязычным вкраплением только слова и обороты, передаваемые графическими и фонетическими средствами языка-источника[1] – это узкое понимание термина, другие значительно расширяют значение, включая в него, помимо иноязычных слов в латинской и в кириллической графике, русские слова, словосочетания, употребленные по законам другого языка[2] – широкое понимание. Мы принимаем третью точку зрения и под иноязычными вкраплениями понимаем такие иноязычные слова, которые находятся на первом-втором этапах освоения (то есть сохраняют исконную орфографическую и грамматическую форму или транслитерируются, транскрибируются), не принадлежат системе использующего их языка, сохраняют ощущение непривычности для носителей языка и не фиксируются в толковом словаре[3].

Цель нашего исследования – анализ особенностей функционирования иноязычных вкраплений в двух романах В. П. Аксенова «Ожог» и «Остров Крым».

«Остров Крым» – это роман о России, а вернее о двух ее ипостасях: Советском Союзе Социалистических Республик (СССР) и Острове Крым, как независимом государстве. В романе повествуется о скудной, бедной, сложной, обездоленной жизни Советского Союза и о процветающей, развивающейся, культурно образованной жизни Острова, который населяет интеллигенция бывшей России, бывшие белые офицеры, временные эвакуанты, как они себя называют, и их молодое поколение. Остров Крым – это утопическое государство, государство-пример для России, государство близкое Европе. Жители Острова Крым ни в чем не испытывают нужду, у них есть все для полноценной интересной культурной жизни. В то время как магазины СССР пустуют, люди бездействуют, закрыт доступ к Европе. Но на Острове появляется поколение, патриотически-воспитанное, ратующее за Идею Общей Судьбы, стремящееся к воссоединению с Россией, во главу которого становится главный герой романа Андрей Арсеньевич Лучников, редактор газеты «Русский курьер». Он находит немало сподвижников своей идеи в лице Петра Сабашникова, своего отца Арсения Николаевича Лучникова, друга семьи Федора Бутурлина и других, но также находит и сильное противостояние, к которому примыкают не только жители самого Острова (Игнатьев-Игнатьев, сын главного героя Антон), но и москвичи (Виталий Гангут), которые остро чувствуют свое различие с, так называемыми, «симфи-пипл». Таким образом, герой встречает много препятствий и опасностей на своем пути, но они его не останавливают, и главная цель им достигается. И в конце видно, к чему все это приводит. Остров Крым захвачен советскими войсками, разграблен, близкие и любимые люди Андрея Лучникова погибают и самих главных героев ожидает близкий конец.

Но основная идея ясна, автор стремится показать неполноценность, бедность жизни СССР в сравнении с Островом Крым и другими странами, в которых бывает главный герой. А образованность героев романа и их путешествия по разным странам позволяют использовать большое количество иноязычных вкраплений, которые также играют на главную идею романа «Остров Крым».

Роман Василия Аксенова «Ожог» можно отчасти назвать автобиографичным. В романе параллельно развиваются две сюжетные линии: 40-е годы – детство Толи фон Штейнбока, именно то, что можно отнести к автобиографической части, и 70-е годы – «шестидесятничество» выдающихся людей, их проблемы и переживания.

В романе нет стройной композиции, одна сюжетная линия прерывает другую и наоборот. В части, представляющей 70-е годы, нет даже единого героя, он выстраивается из пяти разных ипостасей: герой-писатель, герой-ученый, герой-врач, герой-музыкант и герой-скульптор, которые имеют одни воспоминания, одни стремления и одну любовь, при этом по сюжету они ни разу не пересекаются. У каждого из пяти главных героев есть двойник, причем фамилии этих двойников по сути дела тождественны: Серебро, Серебряников, Аргентов, Сильвестр, Зильберанский. Главный герой неподкупен и честен. Его двойник если и не предает, то, по крайней мере, идет на сотрудничество или компромисс с палачами. Если мы обратимся к этой сюжетной линии, то можно сказать, что она выстроена весьма хаотично и, по сути, представляет собой взгляд на жизнь противника сталинизма, непонятой творческой личности, дебошира и пьяницы, который имеет друзей среди иностранцев, оказывается замешан во многие политические дела (освободительная война во Вьетнаме, военные действия в Чехословакии) и которого преследуют смутные образы, вызывающие у него страх и ненависть.

Вторая линия выстроена значительно более последовательно. В ней есть главный герой, пятнадцатилетний Толя фон Штейнбок, привезенный к матери в ссылку в Магадан и пытающийся влиться в общество, но, тем не менее, постоянно встречающий преграды и отторжение. В результате он натыкается на «яму» – люк парового отопления, где в ожидании парохода на «Большую землю» живут вышедшие из лагеря зэки, и здесь он впервые осознает, что для некоторых людей арест его родителей – не позор. Тюремный врач, Мартин, помогает ему обрести веру, где и видится спасение для главного героя.

Таким образом, в двух сюжетных линиях мы видим тот самый полученный в детстве «ожог» и его последствия. Получил его герой, наблюдая в реальности ужас терзаемых жертв и «морды палачей»: он видит, как забирают его мать в отделение, он видит, как избивают на допросе его друга, он видит безобразных заключенных, измученных и лишенных каких-либо ценностей. Последствия этого «ожога» – постоянный страх, неудовлетворенность, попытка забыться в алкоголе, уйти от реальности или, наоборот, как можно более явно показать ей свое присутствие, вечная борьба с собой и в конце совершенное помрачение рассудка.

Для реализации своих идей В. Аксенов включает в свои романы значительное число иноязычных вкраплений.

Иноязычные вкрапления представлены разными конструкциями:

  1. Отдельные слова разных частей речи:
  • Существительные: чиф (англ. chief шеф); баттерфляй (англ. butterfly бабочка); хунд (нем. Hund собака); мани-мэйкеры (англ. money-maker крупный делец); пони-тейл (англ. ponytail хвост, конский хвост);
  • Прилагательные: gentle (англ. нежный, мягкий); gonoris causa (лат. почетный; выражение, прибавляемое к наименованию ученой степени, если она присвоена без защиты); остезейский (нем. ostsee балтийский);
  • Глаголы: гоу (англ. go идти, вперед); шпацирен (нем. spazieren гулять);
  1. Словосочетания: либер фройнд (нем. lieber Freund любимый друг); handsome man (англ. красивый мужчина); найт-клаба (англ. night club ночной клуб); фрюи де мер (франц. fruit de mer плоды, дары моря);

3.Коммуникативные единицы: – Perhaps its a Russian bomb, isnt it, grandpa? – смеясь, предположил старший внучок, следя за дедушкиным пальцем. [4] (англ. возможно, это русская бомба, не так ли, дедушка?) («Ожог», стр. 313); Courier! Associate editor Brook is here.[5] (англ. Курьер! Младший редактор Брук у телефона) («Остров Крым», стр. 43);

4.Этикетные формулы: Должно быть ему казалось, что он толкается в густой толпе, в связи с этим он налево и направо кивал головой и говорил «сорри». (англ. sorry извините пожалуйста) («Ожог», стр. 63-64); Хелло, Арси, – бормотал в трубке старый развратник… (англ. hello привет) («Остров Крым», стр. 240).

Среди существительных встречаются онимы: Где-то в эфире, уже не очень далеко, прогревалась глушилка. Неподалеку колотилась песенка Чака Бери «Johnny be good». («Ожог», стр. 545); …сказал Лучников, глядя из телефонной будки на освещенную солнцем грань церкви Сен-Жермен-де-Пре. («Остров Крым», стр. 119) и аппелятивы, которые будут рассмотрены ниже.

С точки зрения формы в романе можно выделить иноязычные вкрапления, представленные:

  • в латинской графике: – Excuse us, sir. – Интеллектуал-тори почесал ноготком ус и дружески мне улыбнулся. – Ни я, ни моя жена не понимаем вашего языка. (англ. Извините нас, господин) («Ожог», стр. 330); А вот «Мерседесу», который следовал за ними от пляс де Фонтенуа, не так повезло. Перед самым его носом из паркинга как чертик выскочил служащий-негритос и повесил цепь с табличкой «Complet». (франц. полный, занятый) («Остров Крым», стр. 108).
  • в кириллической графике.

Достаточно распространенным способом передачи иноязычных вкраплений в кириллице является прием транскрибирования: – Мой дедушка был военный, лепетала она, сначала кавалерист, а потом летчик. Он очень много воевал, тре бьен, а потом отступил с войсками. (франц. tres bien очень хорошо) («Ожог», стр. 76); Что это? Кес ке се? – смешно морщилась Машка. Эмигрантское ее ухо не всегда выдерживало новых современных перекатов «великого-могучего-правдивого-свободного». (франц. qu’est-ce que c’est что это, что это такое) («Ожог», стр. 78-79).

Реже встречаем транслитерацию: Неестественный рекламный цвет его лица, тугая кожа, рубашка в цветочек, яркий галстук, нежно-розовый фланелевый костюм, мужественная челюсть, сверкающий суперкультурой кар-автоматик. (англ. car-automatic машина с автоматической коробкой передач) («Ожог», стр. 155); – Тебя, Пантелюха, еще имя спасает.

Иес, немного спасает. (англ. yes да) («Ожог», стр. 396).

Использование то латинской, то кириллической графики мы связываем с характеристикой героя, со степенью его владения иностранным языком, а также с устным характером речи, прежде всего, основывающемся на фонетическом слове.

Источники вкраплений в романах также разнообразны. Отмечены иноязычные вкрапления на английском (итс импоссибл, unsquare people, майлис, generation gap), французском (ву компрене, комильфо, брассери), немецком (варум, шпацирен, корректман), итальянском (пермессо, кампари, прошютто), грузинском (ГЕНАЦВАЛЕ, гагемарджос), польском (ты ниц не бойся, мой коханый), латинском (унгвентумы-квантум-сатис), испанском (ла палома, сигариллос), украинском (процовал), санскритском (ашраме) языках.

В основу нашей классификации положены идеографические модели описания лексики, предложенные в Русском семантическом словаре и Большом толковом словаре русских существительных, но с некоторыми видоизменениями, обусловленными текстовым материалом.

В романе «Остров Крым» выделяются следующие классы:

Класс 1. ЧЕЛОВЕК.

  1. Лицо, человек:
  • «по интеллектульно-эмоциональному отношению к кому-чему-н., по восприятию кого-чего-н.»:

Ребята, вы не обижайтесь на моего дадди, – сказал Антон. – Он и впрямь немного олдтаймер. (англ. old-timer старожил) (стр. 21).

  • «по свойствам натуры, чертам характера, а также по поступку, поведению, определяемому такими свойствами, чертами»:

Перед тем как выйти из ложи прессы, Лучников обнаружил, что он замечен советской и американской делегациями. Типусы за этими столами смотрели на него и перешептывались – редактор «Курьера»! (англ. tipus человек специфического характера и природы) (стр. 105).

  • «по расположенности, склонности, пристрастию, интересу или по нерасположенности к кому-чему-н.»:

Марлену Михайловичу иногда казалось, что Дим Шебеко стыдится родства с таким шишкой, как он, и утаивает это от своих «френдов». (англ. friend друг) (стр. 90).

  • «по одаренности, по обладанию способностями, умом, талантом»:

Ничего, собственно говоря, не было удивительного в том, что мировая суперстар прибегала иногда к ВМПСу (так называли в компании Лучникова «Великий и Могучий, Правдивый и Свободный» язык), ибо это был и ее родной язык… (англ. superstar суперзвезда) (стр. 110).

  • «по социальному состоянию, по характерному социальному действию, функции, по личным и общественным отношениям, связям»:

Это вы, чиф? Не злитесь. Вы же знаете наши кошмарные парадоксы: многим читателям трудновато изъясняться по-русски… (англ. chief шеф) (стр. 43).

Утром в гостиницу явился к нему рыжий малый в застиранном джинсовом пиджаке, хотя и с часами «Ролекс» на запястье, член совета адвайзеров газеты «Русский Курьер» Андрей А. Лучников… (англ. adviser советник, консультант) (стр. 71). В СССР существовала должность члена редколлегии, а газетных консультантов в советском обществе не было.

Употребление слов указанных выше подгрупп призвано отразить социальную структуру западного государства и либеральные отношения на Острове Крым.

  • «по сословному положению, по состоянию личного господства или зависимости»:

Медам! – восторженно приветствовал попутчицу Лучников. (франц. madame мадам, госпожа) (стр. 8); Значит, вы, мосье, не русский, а кримьен? (франц. monsieur господин) (стр. 99). Эти слова служат, в основном, для передачи этикетных норм другой страны и выполняют культурную функцию.

  • «по отношениям родства, свойства, породнения»:

Познакомьтесь с моим отцом, друзья, – сказал Антон девушкам по-английски. – Андрей Лучников. Дад, познакомься, это Памела, а это Кристина. (стр. 20) (англ. dad папа); – Ребята, вы не обижайтесь на моего дадди, – сказал Антон. – Он и впрямь немного олдтаймер. (стр. 21) (англ. daddy папочка, папа).

Подобные высказывания характерны для молодого поколения, и через употребление этих слов, скорее всего, автор показывает оппозиционную настроенность молодежи, ее ориентацию на Запад, что формирует специфичный молодежный сленг.

В связи с данной подгруппой интересным представляется вкрапление generation gap:

Неужели он, как и эти две дурочки, считает меня человеком пятидесятых? Во всем мире меня считают человеком, определяющим погоду и настроение именно сегодняшнего дня, и только мой собственный сын нашел между нами generation gap. Не слишком ли примитивно? Во всех семьях говорят о разрыве поколений, значит, и мы должны иметь эту штуку? (англ. разногласия между поколениями) (стр. 22).

Безусловно, в любом мире, любом обществе существует конфликт «отцов и детей» (вспомним хотя бы роман И. С. Тургенева). И в советском государстве также существовало психологическое непонимание между старшим и молодым поколениями, но согласно советской идеологии не могло быть политического непонимания, «разрыва поколений», в этом смысле утверждалось их нерушимое единство. Поэтому выбор иноязычной номинации – популярного на Западе с конца XIX века термина психологии – вполне оправдан. Герой употребляет именно такое наименование, потому что он отождествляет себя, свою семью и отношения в ней с европейскими семьями. И хотя некоторые жители Острова Крым, в том числе и главный герой, старались сблизиться с Советским Союзом, но их образ жизни и менталитет складывались все-таки под влиянием Европы. А в европейских семьях, конечно, мог быть только generation gap.

  1. Совокупность лиц:
  • «совокупности лиц, характеризуемых по территориальной общности, по характеру проживания или его ограниченности»:

Между тем к нише подходили любопытные, и среди них симфи-пипл, те, что его знали. (англ. people люди) (стр. 52). Это вкрапление вместе с уточняющим словом «симфи», то есть «симферопольские» обозначает людей, живущих не только на определенной территории, но и идентифицирующих себя как отдельное сообщество, которое по взглядам, по мироощущению ближе к Западу, – отсюда именование себя иноязычным словом.

  • «совокупности лиц, действующих в сфере искусства, литературы»:

Глен Миллер бэнд!.. (англ. band группа) (стр. 49).

Класс 2. ТРАНСПОРТ.

1. Транспортные средства:

– Папаша, можно я возьму твой «турбо»? Нельзя? Как это говорят у вас в Москве – жмот? Ты – старый жмот! Дед! Одолжи на часок «роллс»? Жмоты проклятые! Врэвакуанты! (стр. 27).

2. Место движения транспорта:

Сплетение туннелей, огромную развязку, прокрутившись по которой машины на большой скорости выскакивают в нужных местах Крымской системы фривеев. (англ. freeway скоростная автострада) (стр. 7). Такого явления, как скоростная автострада, в СССР, безусловно, не было, поэтому отсутствовало и соответствующее слово. Интересное сопоставление проводит сам автор: «Откуда все-таки взялось наше богатство?» – в тысячный раз спрашивал себя Лучников, глядя с фривея вниз на благодатную зеленую землю, … Аморально богатая страна. Он вспомнил Южную дорогу, или, как они говорят в Союзе, «трассу». (стр. 10). Писатель подчеркивает различие не только и не столько понятий фривей и трасса, но, что гораздо важнее, принципиальное различие между самими референтами. За разными номинациями стоят совершенно разные миры и прочитывается имплицитная оценка качества дорог в этих мирах.

3. Место стоянки транспорта:

– Браво! – сказал отец, когда они влетели во двор «Каховки» и остановились мгновенно и точно в квадрате паркинга. (англ. parking стоянка) (стр. 17).

Класс 3. КУЛЬТУРНО-РАЗВЛЕКАТЕЛЬНАЯ И ДЕЛОВАЯ СФЕРЫ.

1. Отдых и развлечения:

  • «места, помещения для отдыха и развлечения»:

… Спрашивая себя Лучников, глядя с фривея вниз на благодатную зеленую землю, где мелькали прямоугольные, треугольные, овальные, почковидные пятна плавательных «пуллов» (англ. pool бассейн) (стр. 10). Конечно, такое количество, такое многообразие плавательных сооружений, какие есть в западном мире, нельзя было назвать словом «бассейн», потому что советскому читателю был известен лишь один прямоугольный бассейн.

Андрею тогда на политику было наплевать, …, таскался по дансингам за будущей матерью Антона Марусей Джерми… (англ. dancing танец) (стр. 33); В боковой улочке, уходящей к морю, медленно вращается светящийся овал найт-клаба «Калипсо». (англ. night club ночной клуб) (стр. 48). И здесь Аксенов обозначает иноязычными словами те реалии, которые, будучи названы по-русски, не дадут точного представления об объекте из-за отсутствия подобных заведений в СССР. То есть подобные вкрапления играют важную культурно-идеологическую роль в произведении.

  • «время отдыха и развлечений»:

Площадь Барона, несмотря на ранний час, была забита богатыми автомобилями. Уик-энд, сообразил Лучников… (англ. weekend выходные) (стр. 6).

2. Учебные заведения:

Увы, их становилось все меньше в Москве, все больше в парижских кафе и американских университетских кампусах. (англ. campus студенческий городок) (стр. 113).

3. Культовые сооружения:

– В Индии не был?

– Сорок дней жил в ашраме. Пробирались даже в Тибет через китайские посты. (санскрит обитель мудрецов) (стр. 22).

  • Деловые бумаги, документы:

В советском корабле впервые поляк на орбите, а господин Сахаров при всем нашем к нему уважении делает отнюдь не первый стейтмент. (англ. statement заявление) (стр. 94); По последнему «поллу» их популярность поднялась на три пункта. (англ. poll опрос) (стр. 97). Использование данных иноязычных вкраплений весьма интересно, так как у этих слов есть точные русские аналоги, в отличие от ранее рассмотренных групп. Слова стейтмент и полл приведены из текстов и заголовков международной газеты Острова Крым «Курьер», написанной журналистами Острова, свободно владеющими несколькими языками.

Класс 4. ВЕЩНЫЙ МИР.

1. Пищевые продукты и блюда:

…лукаво погрозил Бутурлин Антону вилкой, на которой покачивался великолепный шримп. (англ. shrimp креветка) (стр. 26); Рядом с верандой продавец фрюи де мер раскладывает на прилавке свои устрицы. (франц. fruit de mer плоды, дары моря) (стр. 94).

Использование слов этой группы объясняется необходимостью обозначить те продукты, которых не было или не хватало в СССР. Эти единицы могли восприниматься не только, как иноязычные вкрапления в плане речи, но и как «культурные вкрапления» в действительности.

2. Бытовая техника:

Завтра лечу в Москву, а ничего не купил из того, чего там нет! Не купил: двойных бритвенных лезвий, цветной пленки для мини-фото, …, аппаратов hifi, … липкой ленты «скоч»… (англ. высокая точность) (стр. 129-130). В самой этой цитате обозначена одна из главных функций иноязычных вкраплений – обозначить те явления и предметы, которых не было в СССР, но которые были в изобилии в Европе: ничего не купил из того, чего там (т.е. в СССР) нет! И дальше идет огромный список того, что не купил.

3. Места проживания:

…мосье Октопус ошибался на его счет, но во всяком случае на теперешний момент никакие неприятности в VI арандисмане Парижа ему не угрожают… (франц. arrondissement район) (стр. 114).

– Послушай, Андрюшка, давай пошлем все это к едреной фене, давай уедем в Новую Зеландию. Купим землю, устроим там русский фарм, заманим несколько друзей и отца Леонида, будем выращивать овощи, встречать закат жизни, читать и толковать Писание… (англ. farm ферма) (стр. 120).

Таким образом, в романе В. П. Аксенова «Остров Крым» мы выделили такие основные функции, как:

1. Культурная функция – создание атмосферы жизни и общества Запада;

2. Идеологическая функция – разведение советских реалий и реалий западного общества;

3. Стилистическая функция – характеристика речи молодых героев, которая представляет собой отдельный жаргон, молодежный сленг.

В романе «Ожог» можно выделить следующие классы иноязычных вкраплений:

Класс 1. ЧЕЛОВЕК

  1.  Лицо, человек:
  •  «по свойствам натуры, чертам характера, а также по поступку, поведению, определяемому такими свойствами, чертами»:

Вы скажете, джентльмены, что я цитирую Пастернака, что я хочу примазаться к великому племени slaves, что затаился и с привычной норманнской тупостью жажду освобождения? Вздор! (англ. раб) (стр. 261).

Затем появились жирафьи ноги в стоптанных туфлях «хаш-папис», а вслед за ними и все туловище бедолаги-глобтроттера Патрика Тандерджета. (англ. globe-trotter человек, много путешествующий по свету, склонный к скитаниям, странствованиям) (стр. 66). Иностранное слово здесь выступает в своей самой распространенной функции – номинативной. Употребление вкрапления определятся отсутствием в русском языке точного эквивалента.

  • «по расположенности, склонности, пристрастию, интересу или по нерасположенности к кому-чему-н.»:

Здесь встречаются наименования из разных языков: французского (мон амур), немецкого (майн либер, либер фройнд, геноссе), английского (френд, бадди, чилдрен, дадди, камрад), польского (мой коханый) и грузинского (ГЕНАЦВАЛЕ).

  1. Наименования, обозначающие лицо-объект любовного чувства, широко известные носителям других языков: – Мон амур! – громко повторил Пантелей. Ему казалось уместным назвать сейчас предмет по-французски. – Ты моя судьба. Только сейчас я понял, что это тебя я вижу уже несколько лет во сне. (франц. mon amour моя любовь, душечка) (стр. 70-71). Использование в данном случае иноязычного словосочетания связано, скорее всего, со стереотипом французского языка, который часто воспринимается как язык любви.
  2. Существительные, обозначающие дружеские отношения: И понял, Толик, либер фройнд, надпись на плакате по-нашему: «Сынку! Родина-мать зовет!» (нем. lieber Freund любимый друг) (стр. 300); Пантелей нашел в справочнике на столе Табакова телефон Хвастищева и позвонил ему. Может быть, еще не знает Хвост новостей о своем задушевном бадди? (англ. buddy приятель) (стр. 563).
  3. c.             Приятельские отношения между людьми разного возраста демонстрируют такие не типичные в этом употреблении слова, как: Вы, чилдренята, фуи моржовые! – обратился он к гигантам. – Вы, наследники плесени пятидесятых, ржавчины шестидесятых, вы – коррозия семидесятых, к вам обращаюсь я, друзья мои! (англ. children дети, ребята) (стр. 525); – А это кто выдул? Неужели вы, мой милый доктор? – Ребята вокруг захохотали еще пуще:

Это ты сам и выдул, дадди Самс! Мы тебя «чернилами» отпаивали, вот ты и ожил! (англ. daddy старина) (стр. 583).

Группы b и с, в первую очередь, отражают употребление иностранных слов в молодежном сленге. Несмотря на наличие эквивалентов в русском языке, иноязычные лексемы продуктивно используются, поскольку их цель состоит не в номинации, а в усилении обособленности от других людей. За счет этого эти единицы наделяются большей экспрессивностью.

  1. Есть также слова, которые близки в употреблении к официальным обращениям, но по семантике иностранного слова выражают приятельские отношения: ПРОДАЙ, ГЕНАЦВАЛЕ, СВОИ ВЕЛЬВЕТЫ! (груз. друг, товарищ, уважаемый) (стр. 139); – Ах, это не моя постель, камрад! (англ. comerade товарищ) (стр. 263).
  •  «по одаренности, по обладанию способностями, умом, талантом»:

Джизус Крайст, суперстар, уважительно произнес незнакомый страдалец. – Между прочим, он снова входит в моду. (англ. superstar суперзвезда) (стр. 414). Здесь употребление иноязычного слова, возможно, связано с тем, что оно относится к зарубежному актеру. Также можно предположить, что герой, употребляющий это слово в данном контексте, с одной стороны, подражает европейскому человеку, с другой стороны, тем самым показывает свое почтение к зарубежным знаменитостям, отсюда «уважительно произнес».

  • «по социальному состоянию, по характерному социальному действию, функции, по личным и общественным отношениям, связям»:

Здесь представлено отдельное слово, обозначающее социальное состояние и функционирующее в качестве жаргонного в речи молодых людей: Так он и ввалился в лабораторию. Ребята его, ошалевшие от преферанса, козла, морского боя и «Литературной газеты», расхохотались – опять, мол, чиф с новой птичкой! (стр. 20).

И более сложное словосочетание с этим словом, имеющем в английском языке другое значение: У меня на ладони была визитная карточка той англичанки из кафе. Совсем уже не помню, как ее звали.

Мою звали Элизбет Стивенс, эдитор ин чиф, так было написано на карточке, а фломастером еще был приписан римский адрес: «Альберго Милане» и телефон. (англ. editor in chief главный редактор) (стр. 338). Оно вставлено в речь в виде цитаты с визитной карточки англичанки, таким образом, его использование весьма закономерно.

  • «по сословному положению, по состоянию личного господства или зависимости»:

Это не тот, экселенц, небольшая ошибочка. Сие не Пантелей, экселенц! (франц. excellence ваше превосходительство, ваше сиятельство) (стр. 145). Употребление этого слова здесь можно связать с концептообразующей функцией, которая объединяет когнитивную и рецептивно-эмотивную роли и активно влияет на восприятие текста[6]. Благодаря этому слову здесь подчеркивается самоуничижение, пресмыкание говорящего перед выше стоящим: «Между тем Верховный Жрец подполз под ногами президиума к седалищу Главы и зашептал…» (стр. 145) (выделения наши – Ю.К.).

  • «по отношениям родства, свойства, породнения»:

Наконец я увидел себя в кругу своей новой семьи: леди Брудпейстер, чилдренята, старик Кулаго и сам адмирал. (англ. children дети) (стр. 616). Так называет В. П. Аксенов детей главного героя, и это закономерно: с одной стороны, их родители русские, отсюда кириллическое написание и русский уменьшительно-ласкательный суффикс, но, с другой стороны, их мать эмигрантка, то есть живут они за границей и их не биологический отец – иностранец, отсюда иноязычное слово.

  • «собственно оценка»:

Список слов здесь так же велик, как и во второй подгруппе, есть вкрапления из английского (бэби, трейтор, gentle, крэзи, handsome man, unsquare people), немецкого (свайн), испанского (ла палома) и латинского (gonoris causa) языков.

  1.  Существительные, обозначающие оценку человека в общем плане: Ты должна знать, бэби, какое воспитание получил твой будущий муж. (англ. baby детка) (стр. 79); – Конечно, в какой-то степени постель не ваша, она принадлежит народному государству, но вы, ла палома, оплачиваете этот станок валютой и потому можете себе позволить в липких прозрачных тканях жалеть русского лауреата. (исп. la paloma голубка) (стр. 263-264) – слова, выражающие положительную оценку.

Подлец, трейтор, где мой «Мерцедес» ундер замшевая крыша? (англ. traitor изменник, предатель) (стр. 409); Ты любишь меня только под коньяком, только ради моего «Мерцедеса», ради Парижа, где ты, русский медведь, свайн, кабан, обсуждаешь с проститутками и педиками свои творческие планы. (нем. Schwein свинья) (стр. 409-410) – слова, выражающие отрицательную оценку.

При этом лексемы бэби, ла палома и свайн изначально не имели коннотативного компонента, он появляется уже в коммуникативном акте[7].

  1. Существительные, обозначающие оценку человека по каким-либо внутренним качествам, свойствам: – Пани Грета, не гоните, это русский поэт, да-да, тот самый крэзи, ах, не говорите так, а лучше дайте закурить, ей-ей, я ободрал все руки об эту проклятую трубу, а вы даже и не жалеете – жалеете? (англ. crazy сумасшедший) (стр. 263).
  2. Существительные, обозначающие оценку человека по каким-либо внешним признакам: Я с удовольствием смотрел на бывшего мясника. Время пошло ему на пользу – такой, знаете ли, handsome man, чистый, голова промыта, одет в стиле «сафари». Кухня для него лишь один из способов существования, а может быть, и просто хобби. (англ. красивый мужчина) (стр. 591); В прошлом году собрались было демонстрировать против войны во Вьетнаме, чтобы, значит, показать солидарность с нашими ребятами unsquare people, что волынят на Трафальгарской площади. (англ. модными людьми) (стр. 527-528).

Использование автором в данных случаях иноязычных вкраплений служит для характеристики самих говорящих или тех, о ком они говорят, – это либо иностранцы, либо герои, стремящиеся им подражать. Порой употребление вкрапления показывает ироническое отношение героя к ситуации, например, слово крэзи, которым герой сам себя характеризует, соответствует всей безумной ситуации соблазнения незнакомой девушки в незнакомом городе.

  • «по гендерной принадлежности»:

Вуд ю лайк одну бабешку? Я тебе, Патуля, вумен нашел, закачаешься! Все умеет, олл кайндс оф лав, зуб даю! (англ. woman женщина) (стр. 184).

  1. Совокупность лиц:
  • «национальные, этнические, расовые, культурно-исторические общности, народы»:

Частым употреблением отличается слово пипл, которое встречается в тексте 6 раз. Отсюда можно предположить, что оно выполняет особую функцию – социально-стилистическую функцию. Возможно, данная лексема выделяет людей, отличающихся от обычных советских, – это те, которые слушают джаз, те, которые так же, как главный герой, чувствуют свою особенность, обособленность, это люди искусства, это те, которые используют иностранные слова не для престижа, а по самоощущению, отсюда и соответствующее самонаименование. Он знал, конечно, что на концерт явится вся ИХ Москва, весь «пипл», но, когда еще за несколько кварталов до НИИ стали появляться кучки хиппонов, сидящих на бетонных плитах, ему стало слегка не по себе. (стр. 526); Еще несколько секунд, и кремовый занавес отделил Самсика от зала и от его любимого «пипла», который обескуражено молчал. (англ. people люди) (стр. 579). То есть, используя данное слово, автор создает впечатление, что персонажи стремятся подчеркнуть принадлежность к определенной социальной группе, отсюда часто с существительным пипл появляются притяжательные местоимения «их», «наш» и прилагательное «любимый», относящие это слово к категории «свой».

По национальной принадлежности выделяются русские в оппозиции к «кельто-нормано-англо-саксо-американам»: Вы, русские, инертный и туповатый пипл, завороженный роевым инстинктом. (англ. people люди) (стр. 663) и немцы: Есть еще – форины, штатники, бундес, фарцовка… легкие, как медосбор, половые контакты – все в кайфе! (нем. Bundes немец, фриц) (стр. 527).

В целом выделяются иностранцы: Кто форинов пригласил? Ты, Маккар? – строго спросил Самсик. – Зачем, ребята? Зачем гусей-то дразнить? (стр. 527).

Интересна ситуация со словом slaves, которое можно воспринимать как национальные объединения славян: Вы скажете, джентльмены, что я цитирую Пастернака, что я хочу примазаться к великому племени slaves, что затаился и с привычной норманнской тупостью жажду освобождения? Вздор! (франц. славяне) (стр. 261), или, как уже предлагалось ранее, в качестве объединения по образу жизни, поведению – «рабы». Здесь на лицо языковая игра, «когда свободное отношение к форме речи получает эстетическое задание, пусть даже самое скромное. Это может быть и незатейливая шутка, и более или менее удачная острота, и каламбур, и различные виды тропов (сравнения, метафоры, перифразы и т. п.)»[8]. Такая игра слов позволяет автору выразить свое отношение к этому «великому племени» славян, которое одновременно является рабами по своей сути.

Класс 2. ТРАНСПОРТ

1. Транспортные средства:

Неестественный рекламный цвет его лица, тугая кожа, рубашка в цветочек, яркий галстук, нежно-розовый фланелевый костюм, мужественная челюсть, сверкающий суперкультурой кар-автоматик. (англ. car-automatic машина с автоматической коробкой передач) (стр. 155).

2. Часть дороги:

Рафик, размахивая открытыми дверями, задом перелетел через клумбу, дико развернулся в луже и, стремительно набирая скорость, устремился прямо в гущу московского траффика. (англ. traffic пробка) (стр. 634).

Класс 3. КУЛЬТУРНО -РАЗВЛЕКАТЕЛЬНАЯ И ДЕЛОВАЯ СФЕРЫ

1. Отдых и развлечения:

  • «места, помещения для отдыха и развлечения»:

Очевидно, он приехал сюда прямо с какого-то веселого дела, с коктейль-парти или от любовницы. От него пахло полным плейбойским букетом: чуть-чуть коньяком «Греми», чуть-чуть лосьоном «Ярдлей», сигаретами «Кент». (англ. cocktail party прием после каких-то конференций, экскурсий или чего-то в этом роде) (стр. 535). Употребление этого слова характеризует описываемого героя (Зильберанского) как человека обеспеченного, довольного жизнью в СССР, что подтверждает идею романа о двойниках главного героя, которые идут на компромисс с государством ради подобных увеселений и наслаждений.

Как старший по званию я стал эту вывеску читать. Какого хе… какого черта, думаю, все буквы через ж… через пень-колоду: первая Я, но поставлена наоборот, вторая нормальная идет Е, а дальше какой-то жучок вроде нашей гусеницы, за ней, правда, родная надежная Т и дальше вполне понятное очко, потом опять Я, раком поставленное, а затем обыкновенное А, затем, товарищи, просто номер, и в конце снова посадочный знак, дорогая каждому десантнику буква Т. Догадались, товарищи? Шурин, уловил? Открываю завесу – это я от волнения и недостатка опыта забыл о наличии за рубежом латинской азбуки. Вывеска-то была Restorant, а я прочел что-то вроде ЯЕТАЯТ, минус гусеница и номер. Так, думаю, по-ихнему и будет «Я И ТЫ»! (англ. ресторан) (стр. 602). В этом случае герой рассказывает анекдот из жизни, основанный на языковой игре, в то же время этот глупый случай с ним подчеркивает неграмотность, безалаберность людей, занимающих высокое, требующее ответственности, положение (это рассказ майора Гриши Колтунова, командующего освободительной армией в Чехословакии).

  • «время отдыха и развлечений»:

Идея ресторана мне по душе! Только мы не прощаться там будем, а начнем наш «хани-мун»! (стр. 631) (англ. honeymoon медовый месяц).

2. Искусство:

  • «культурные и политические течения, направления»:

А Хвастищев был часто Игореше нужен. То он приводил к нему иностранцев и демонстрировал свободное русское искусство «the underground», то какую-нибудь девку, чтобы ошеломить, подорвать волю к сопротивлению, то он приглашал Радика на свой вернисаж и дальше на всякие блядские похождения, то втягивал в какую-нибудь общественную акцию, после которой Хвастищеву приходилось несколько лет месить глину у Томского или Вучетича, чтобы не сдохнуть с голоду. (англ. подполье) (стр. 341). Использование этого вкрапления двояко: с одной стороны, так представил товарищ Хвастищева его искусство иностранцам, отсюда иностранное слово, с другой стороны, это то искусство, которое не соответствует массовой культуре, которое не поддерживает классические пути и, образно говоря, разрабатывается под землей, то есть далеко от глаз традиционного искусства.

Ведь все-таки мы вместе наступали во время нашего маленького штурм-унд-дранга, и вместе получали по рогам, и вместе зализывали раны в наших берлогах конца шестидесятых годов. (нем. Sturm und Drang Буря и натиск) (стр. 341). Здесь литературное направление «Буря и натиск», проникнутое духом мятежного бунтарства, пропитанное антифеодальным настроением, используется шире, применительно ко всему искусству. Употребление этого слова в его первоначальном виде можно также связать с реализацией бунта, так как для советского человека употребление иноязычных слов также является выражением своей идеи, стремлением к свободе.

  •  «культурные реалии»:

Ты любишь свой флаг? – спросил Этот Того.

У меня нет своего флага, пробурчал Тот.

Флаг твоей страны. Stars and stripes?

Любить этот облеванный пододеяльник?

А я вот люблю свой флаг. Ничего не могу с собой поделать, люблю, да и все – и трехцветный, и Андреевский, и нынешний красный. (англ. звезды и полосы) (стр. 143). Иноязычное вкрапление в данном случае относится к культурной реалии другой страны, то есть опять отмечается номинативная функция.

Явились к американскому эмбасси с лозунгами на английском «Get out of Vietnam!», «We demand troops withdrowal!». Показывали пальцами рогульку Vvictory! В общем, клево получилось, как в Беркли, а также против империализма и за мир. (англ. победа) (стр. 528). Это межкультурный знак, который расшифровывается английским словом «victory».

  • «политические и культурные учреждения»:

Явились к американскому эмбасси с лозунгами на английском «Get out of Vietnam!», «We demand troops withdrowal. (англ. ambassy посольство) (стр. 528).

Класс 4. ВЕЩНЫЙ МИР

  1. Пищевые продукты и блюда:
  • существительные, обозначающие пищевой продукт:

Ты о китайцах говоришь, Пат? – спросил он осторожно.

А почему бы нет?! Они такие же ученые, как мы, и так же рискуют жизнью и так же давятся, когда глотают косм-сосидж или мун-вота. (англ. cosm-sausage космическая сосиска) (стр. 132-133); Несколько шкафов-автоматов томились желанием выбросить из своих недр что-нибудь полезное для человека – чуингам ли, пепси, хот-дринк… (англ. chewing gum жвачка) (стр. 592). Все эти слова непосредственно связаны с западной реальностью: либо они употребляются в речи американца, как в первом и последнем случаях, либо действие происходит за границей, как во втором случае.

  • Существительные, обозначающие напиток:

Все столики, выставленные на тротуары, были заняты, а в забегаловках люди стояли плечом к плечу и дули джин-энд-тоник, кампари со льдом и пиво. (англ. gin and tonic джин с тоником; итал. биттер на основе ароматических и цитрусовых трав) (стр. 328); Несколько шкафов-автоматов томились желанием выбросить из своих недр что-нибудь полезное для человека – чуингам ли, пепси, хот-дринк(англ. hot-drink горячие напитки) (стр. 592). Причина появления подобных иноязычных вкраплений та же, что и в предыдущей группе.

  • В эту же группу мы относим существительные, обозначающие сигареты, табак: Всю ночь революционеры жгли костры, танцевали хулу, играли в скат, курили «грасс», подкалывались… (англ. grass трава) (стр. 316). Это слово, как и сам процесс курения травки, является своего рода протестом или вызовом.
  1. Одежда и обувь:

Эта группа представлена из 5 одинаковых слов хаш-папис, обозначающих обувь, и существительного пантефлы, обозначающего одежду. Употребление этих слов связано с тем, что в русском языке нет соответствующего аналога: Затем появились жирафьи ноги в стоптанных туфлях «хаш-папис», а вслед за ними вылез Патрик, почесал затылок и уставился на Кларку. (стр. 57); Пани все-таки вырвалась и заметалась по комнате в лунных и неоновых пятнах, поднимая с пола и выбрасывая за окно одежду прогрессивного деятеля – джинсы, майку, пантефлы (стр. 264).

  1. Финансы:

Во время исполнения стихотворения господин Магнусов подсел к Марианн Кулаго и попросил у нее любви. Кулаго назвала сумму тысячу долларов (one thousand dollars). Это слишком дорого, возразил швед. Ничего не поделаешь, такова цена, ответила Кулаго, после чего Магнусов вернулся к своему столу. (англ. одна тысяча долларов) (стр. 106); – У нас тут не шашлычная, Радий Аполлинариевич, – строго сказал первый гардеробщик. – Енти деньги тут не ходють, милок, – любезно, но со стальным блеском в глазах пояснил второй. – Only free convertible currency, голуба. (стр. 115) Использование здесь вкраплений обусловлено тем, что речь идет об иностранной валюте.

  1. Сооружение:

Вот старшей повезло, ничего не скажешь: законным браком она сочеталась с настоящим швейцарцем и ныне имеет себя красиво жить-держать в солидном хаусе, что зиждется посреди европейского хаоса… (англ. house дом) (стр. 394). Здесь очевидна игра слов «хаус» и «хаос», выражающая отношение автора к Европе в том числе.

  1. Лекарство:

Здесь пахнет LSD

Смотри не наследи! (от нем. Lysergsäurediethylamid диэтиламид d-лизергиновой кислоты) (стр. 130); Забыты тинктуры, дисперсии, всякие там аквы дистилляты и унгвентумы-квантум-сатис. (лат. ungventum quantum satis мази столько, сколько потребуется) (стр. 370). Использование иноязычных слов связано с общей традицией наименования медицинских веществ на латинском языке. Помимо этого, можно отметить, что вкрапление LSD служит целям создания рифмы и аллитерации, сочетаясь по звучанию с русским словом, и, таким образом, выполняет ритмообразующую функцию.

  1. Единицы измерения:

…на глубине в пять сотен скотских инчей

живет шаман раввин епископ лама… (англ. inch дюйм – англ. мера длины = 25,4 мм) (стр. 272) – номинативная функция.

Класс 5. ВОЕННАЯ СЛУЖБА

Он, должно быть, всем в нашей Туле говорил «ля гер», мол, «ля гер», война, мол, простите, добрые люди. Вот отсюда и пошла рабочая династия Лыгеров, а дальше уже все были чисто русские и даже революционеры, Радий Аполлинариевич. (франц. la guerre война) (стр. 351). Это роковое слово является источником происхождения фамилии Лыгер, из-за которого героев под этой фамилией обвинили в предательстве и скрывании своего истинного происхождения. Мы опять наблюдаем языковую игру на словообразовательном уровне: обыгрывается внутренняя форма слова, рассматривается соответствие русских и французских эквивалентов. Подобная этимология относит фамилию героя к говорящим именам и указывает на жестокую деятельность, которой он занимался до обнаружения корней его фамилии.

Класс 6. НАЗВАНИЯ ЖИВОТНЫХ

Сюда мы относим слово, обозначающее насекомое: …туда где змей зеленый цветет как лилии как нежного алоэ

как сотня кобр качается в болоте

а посредине в блеске баттерфляя

плывет советский розовый Тарзан… (англ. butterfly бабочка) (стр. 196), использованное неудавшимся поэтом с целью украсить и разнообразить речь.

Сюда же относятся и существительные, обозначающие млекопитающих: Человек сильнее хунда, сказал он. (нем. Hund собака) (стр. 297), – в речи героя-полиглота, побывавшего в разных странах и часто вставляющего в свою речь подобные вкрапления.

Класс 7. ЧАСТИ ТЕЛА

Он был несвеж, ох как несвеж, а запавшие эти щеки и длинные волосы и мерзкая бледность и сдержанно истерические губы придавали ему какую-то порочность и как-то странно молодили, а мускулюс стерноклейдомас-тоидеус на шее и темный свитерок на костлявых плечах придавали ему даже некоторую спортивность. (лат. musculus sternocleidomas-toideus мышца грудино-ключично-сосцевидная, наиболее крупная мышца шеи) (стр. 176). Употребление латыни связано с тенденцией наименования медицинских терминов.

Класс 8. МОРАЛЬНЫЕ КОНЦЕПТЫ

Мартин расхохотался и объяснил, что вахта на Карантинке так уже им смазана, что он может вообще не ночевать в зоне, а ходит туда, просто чтоб не дразнить гусей и потому что порядок есть порядок, der Ordnung! (нем. порядок) (стр. 312).

Немецкое слово die Ordnung значительно шире по своему значению, чем русское слово «порядок». Согласно Большому немецко-русскому словарю, у этого слова выделяются следующие значения: 1. порядок; 2. приведение в порядок, упорядочение, урегулирование, систематизация; 3. общественный строй, устройство; 4. правила, порядок, распорядок, режим, дисциплина; 5. боевой порядок, строй; 6. отряд; 7. порядок, степень; 8. ордер; 9. устав, положение.

Из приведенных в словаре контекстов также восстанавливаются такие значения, как: 1. колея; 2. обязательность (der ist in Ordnung! — разг. этот не подведёт!, на него можно положиться!); 3. обещание (das (die Sache) geht in Ordnung! — разг. всё в порядке!, договорились!, всё будет сделано!); 4. решение вопросов (hiermit ist die Sache in Ordnung — итак, дело улажено, вопрос решён)[9].

В то время как в Толковом словаре русского языка выделяются следующие значения слова «порядок»: 1. Правильное, налаженное состояние, расположение чего-н.; 2. Последовательный ход чего-н.; 3. Правила, по которым совершается что-н.; существующее устройство, режим; 4. Военное построение; 5. Числовая характеристика той или иной величины; 6. В значении приблизительности; 7. Все так, все в порядке, все хорошо.

Из контекстов восстанавливаем:

  1. традиционность, устои (чтобы так, как принято, как полагается); 2. естественно; так, как должно быть[10].

Таким образом, в первую очередь, мы видим количественное различие: словарных и контекстных толкований у немецкого слова больше, чем у русского, на 2. Как показывают разговорные употребления, устоявшиеся выражения, в немецком эта единица скорее относится к категориям нравственности, тогда как у нас к существующему устройству (ср. обязательность, обещание, разрешение вопросов в немецком и устои в русском).

Таким образом, Мартин, герой, употребивший это слово, немец по происхождению, вкладывал в него значительно большее значение, чем может передать русское слово. Для него вернее было определить явление как дело чести, а не просто как обязательство. Возможно, поэтому немецкое слово появляется после русской лексемы «порядок» в качестве уточнения, дополнения.

Ведь мы должны прежде всего спасать раненых! Это долг врача, священный долг, the Duty! (англ. обязанность, долг) (стр. 89).

У слова the Duty в англо-русском словаре отмечены следующие значения: 1. обязанность; 2. долг; 3. пошлина[11].

В словаре под редакцией С. И. Ожегова, Н. Ю. Шведовой у слова «долг» встречаем только одно значение – «то же, что обязанность», то есть «круг действий, возложенных на кого-н. и безусловных для выполнения»[12].

И в русском, и в немецком языках эквивалентные лексемы обозначают высокий, важный, «священный» долг врача перед больными. Употребление вкрапления может быть связано с интернациональностью подобного явления. То, что в русском языке обозначается «священный долг», в английском языке обозначилось словом the Duty в латинской графике, с прописной буквы, с определенным артиклем. Все эти графические выделения придают ему большую значимость – значимость, соответствующую слову «священный».

В завершении разговора о номинативных единицах обратимся к сопоставлению роли иноязычных слов и словосочетаний в двух романах – «Остров Крым» и «Ожог».

  • Отдельные лексемы полностью совпадают в употреблении. Это слова вещного мира, имеющего одни и те же денотаты: грасс, кампари, а также наименования лиц по разным признакам: суперстар, френды, пипл. Однако слова дадди и чиф приобретают в романе «Ожог» новые оттенки значения.

В романе «Остров Крым» дадди употреблялся только в прямом значении по отношению сына к отцу, в романе «Ожог» это слово приобретает значение «старина» и может обозначать также дружеские отношения.

Употребление слов чиф в двух романах различно в стилистическом аспекте. Если в первом романе оно было употреблено одним из жителей Острова как нормативное обращение, то в романе «Ожог» произносят это слово жители СССР, и здесь оно функционирует как жаргонное в речи молодых людей для придания разговорно-шутливой окраски.

  • В обоих романах есть похожие по своему употреблению слова, например, типусы в романе «Остров Крым» и глобтроттер в «Ожоге», обозначающие сложную характеристику человека по его образу жизни и поведению и использованные в связи с тем, что в русском языке не существует эквивалентов. И так как эти слова обозначают специфические черты американского поведения, то и относятся они соответственно к американским героям. В первом случае слово обозначает людей, занимающих высокие должности, и обозначает «человека специфического характера и природы». Во втором случае слово относится к американскому другу главного героя, Патрику Тандерджету, склонному много путешествовать, не нашедшему еще своего места в жизни.
  • Важным оказывается разный количественный состав групп. Например, группа взаимоотношений в «Ожоге» значительно превышает эту же группу в «Острове Крым», соотношение 24:4, что может быть связано с тем, что в первом романе больше прописываются социальные отношения, в то время как во втором больше описана светская жизнь. Отсюда наиболее значимая и заполненная группа в романе «Остров Крым» – группа развлечений (12) – в «Ожоге» представлена значительно меньшим количеством слов (5).

Разная наполняемость групп, различный состав лексем обусловлены функциональными различиями вкраплений в этих романах.

Главные функции иноязычных вкраплений в романе «Остров Крым» – культурная и номинативная функции, что обусловлено содержанием романа и авторской установкой.

В романе «Ожог» можно выделить следующие функции иноязычных вкраплений:

  1. Характерологическая функция. Иноязычные вкрапления используются в качестве характеристики речи отдельных героев;
  2. Номинативная функция. Использование иноязычного вкрапления вызвано необходимостью обозначения предметов и явлений, отсутствующих в русском языке;
  3. Культурная функция. Вкрапления выполняют роль характеризаторов национальной культуры;
  4. Оценочная функция. Через иноязычные вкрапления выражается отношение героев и автора к тому или иному лицу, предмету, явлению;
  5. Функция языковой игры. Заимствования включаются в текст для создания комического;

Каковы же источники этих различий?

С нашей точки зрения значимо время написания романов.

«Ожог» автор пишет с 1969 по 1975 годы, «Остров Крым» – с 1977 по 1979. Первый текст непосредственно связан с периодом «хрущевской оттепели» (1950-1960-е гг.), которая, как известно, характеризуется «ослаблением тоталитарной власти, появлением некоторой свободы слова, относительной демократизацией политической и общественной жизни, открытостью миру и большей свободой творческой деятельности, а окончание ее приводит к возвращению культа Сталина, тоталитаризма, к массовым уличным беспорядкам»[13].

В связи с этим в романе «Ожог» отчетливо проступает обостренное ощущение вседозволенности, упоение свободой слова и творчества, которая была предоставлена писателям, художникам, музыкантам в период оттепели. Внезапная перемена и возвращение старых жестоких порядков вызвали протестные настроения, отразившиеся в авангардной структуре романа, в двойственном сюжете, в персонажах и, наконец, в лексике.

Роман «Остров Крым» написан спустя уже почти 20 лет после оттепели, когда меняется настроение автора, меняется восприятие им действительности, и поэтому возникает более гармоничная структура текста, в котором внимание автора обращено не к прошлому, а к утопическому настоящему или возможному будущему. Через описания идеального государства, зарубежных стран писатель обращает внимание на проблемы Советского Союза, показывает свои предпочтения и желания.

Мировосприятие, гражданская позиция В. П. Аксенова обусловили появление в романах соответствующих главных героев.

В романе «Ожог» это герой-бунтарь, дебошир и пьяница, почувствовавший на короткое время долгожданную свободу, но быстро утративший ее и не сумевший с этой утратой смириться. Неслучайно этот герой – свободный художник (в широком понимании этого слова), а таким творческим, ощутившим широкий простор для своей деятельности, почувствовавшим волю созидания людям сложнее других было принять старый новый строй. С ужесточением режима связывается нередко третья волна эмиграции. Деятельность главного героя ограничена узкими рамками, он не может самореализоваться в полной мере, поэтому бросается во все тяжкие, что в конечном счете приводит его к потере рассудка. Свой протест он пытается продемонстрировать своим поведением (участие в митингах, пьянство), кругом своих знакомств (друзья-иностранцы) и, что немаловажно, своей речью, которая изобилует иноязычными вкраплениями, с их помощью герой демонстрирует свою обособленность от официального советского общества и принадлежность к узкому кругу лиц, близких ему по духу. Иноязычные слова выражают стремления к свободе и решительный настрой героя. Используя иностранную лексику, герой нарушает коммуникативные нормы, выражая протест против законов и норм не только и не столько русского языка, сколько устройства советского общества.

В романе «Остров Крым» главный герой – это герой-интеллектуал, стремящийся к объединению со своей Родиной, а не к обособлению от нее. Но его финал тоже трагичен. Герой живет в прекрасном, независимом, самодостаточном государстве – Остров Крым, но он чувствует тоску по единой России. Обуреваемый благородными порывами (Идея Общей Судьбы), он обрекает многих жителей Острова на смерть, а тех, кто остается в живых, лишает и свободы, и счастья, и благополучия.

Различием настроений автора в разные периоды обусловлено и различие ключевых тем в романах. В романе «Ожог» более важны темы межличностных отношений, идеологические и социальные темы. В романе «Остров Крым» основное внимание уделяется свободной культурно-развлекательной жизни, которой не было в СССР, но которая, по мнению автора, определяет творческую свободу и комфортную жизнь людей.

Показателями актуальности тех или иных тем в тексте служат иноязычные вкрапления.

Так, большинство иноязычных вкраплений в романе «Ожог» распределяются между классом человек, представляющим межличностные и социальные отношения, и классом культурной сферы, определяющим идеологические темы. А большинство вкраплений в романе «Остров Крым» относятся к вещному классу.

Закономерно, что в настоящее время большая часть иноязычной лексики из романа «Остров Крым» оказалась освоенной: сферы развлечения и питания сейчас активно развиваются, активно заимствуются сами реалии, а вместе с ними и номинации. А вкрапления из романа «Ожог» по большей части остаются в сфере индивидуально-авторского словоупотребления и значимы только в тексте, так как темы, связанные с советской/антисоветской идеологией, не востребованы. Активная в романе жаргонная лексика всегда ограничена временем и местом употребления, поэтому она тоже остается невостребованной.

Таким образом, в этих романах преследуются похожие цели, однако реализуются они совершенно по-разному: развиваются разные темы, в центре оказываются разные герои, в связи с чем появляется и совершенно другая иноязычная лексика. В романе «Ожог» В. П. Аксенов, главным образом, ищет причины проблем СССР, то есть пытается определить тот самый «ожог» и обращается, соответственно, к прошлому. В романе «Остров Крым» писатель уже пытается представить другую Россию, такую, какой она должна быть в идеале, то есть обращается по большей части к будущему.

-ЮЛИЯ КИСЛИЦЫНА

 

Список использованной литературы

  1. Аксенов В.П., Остров Крым, Москва: Эксмо, 2009
  2. Аксенов В.П., Ожог, Москва: Эксмо, 2010;
  3. Большакова Т. И., Иноязычные вкрапления в художественных произведениях В. П. Аксенова, Воронеж: Воронежский ун-т, 2008;
  4. Большой немецко-русский словарь, Online, http://www.classes.ru/all-german/dictionary-german-russian-Lein-term-60265.htm (Апрель 3, 2011);
  5. Колесова Н. В., Заимствования в идиостиле В. Аксенова, Красноярск: Красноярский гос. ун-т, 2005;
  6. Крысин Л. П., Русское слово, свое и чужое: Исследование по современному русскому языку и социолингвистике, Москва: Языки славянской культуры, 2004;
  7. Лентапедия, Online, http://www.lenta.ru/lib/14162464 (Февраль 26, 2011);
  8. Ожегов С. И., Толковый словарь русского языка, Москва: ООО «ИТИ Технологии», 2007;
  9. Попова Л. П., Русско-английский и англо-русский словарь, Москва: ООО «Издательство Астрель» : ООО «Издательство АСТ», 2005;
  10. Стернин И. А., Лексическое значение слова в речи, Воронеж: изд-во Воронежского университета, 1985;
  11. Фокина М. А., Фразеологические единицы в повествовательном дискурсе (на материале русской художественной прозы XIXXX веков), Орел: Орловский ун-т, 2008;
  12. Хронос, Online, http://www.hrono.info/biograf/bio_a/aksenov_vp.php (Февраль 26, 2011);
  13. Энциклопедия, Русский язык, Москва: Большая Российская энциклопедия, 2003;
  14. Wikipedia, «Хрущевская оттепель», Online, http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D1%83%D1%89%D1%91%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%BE%D1%82%D1%82%D0%B5%D0%BF%D0%B5%D0%BB%D1%8C (Май 14, 2011).

[1]               Энциклопедия, Русский язык, (Москва: Большая Российская энциклопедия, 2003)

[2]               Большакова Т. И., Иноязычные вкрапления в художественных произведениях В. П. Аксенова, (Воронеж: Воронежский ун-т, 2008)

[3]               Крысин Л. П., Русское слово, свое и чужое: Исследование по современному русскому языку и социолингвистике, (Москва: Языки славянской культуры, 2004)

[4]               Материал приводится по изданию: Аксенов В.П. Ожог. – М.: Эксмо, 2010. – 672 с.

[5]               Материал приводится по изданию: Аксенов В.П. Остров Крым. – М.: Эксмо, 2009. – 448 с.

[6]               Фокина М. А., Фразеологические единицы в повествовательном дискурсе (на материале русской художественной прозы XIXXX веков), (Орел: Орловский ун-т, 2008)

[7]               Стернин И. А., Лексическое значение слова в речи, (Воронеж: изд-во Воронежского университета, 1985)

[8]               Колесова Н. В., Заимствования в идиостиле В. Аксенова, (Красноярск: Красноярский гос. ун-т, 2005)

[9]               Большой немецко-русский словарь, Online, http://www.classes.ru/all-german/dictionary-german-russian-Lein-term-60265.htm (Апрель 3, 2011)

[10]             Ожегов С. И., Толковый словарь русского языка, (Москва: ООО «ИТИ Технологии», 2007)

[11]             Попова Л. П., Русско-английский и англо-русский словарь, (Москва: ООО «Издательство Астрель» : ООО «Издательство АСТ», 2005)

[12]             Ожегов С. И., Толковый словарь русского языка, (Москва: ООО «ИТИ Технологии», 2007)

[13]             Wikipedia, «Хрущевская оттепель», Online, http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D1%83%D1%89%D1%91%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%BE%D1%82%D1%82%D0%B5%D0%BF%D0%B5%D0%BB%D1%8C  (Май 14, 2011)

3 thoughts on “Barbarisms in Aksyonov

  1. Aksyonov has taken such a wrong turn. He has achieved his greatest successes with short stories, novellas and short novels, which allow him to exercise his real gifts.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s